July 21st, 2010

Rachel

(no subject)

Вчера взяла Рахель на работу. Отработали мы с ней почти полный рабочий день - с восьми до четырех. И практически без потерь - только ноги она себе фломастером разрисовала, да так, что отмыть до конца пока не удалось. Теперь в случае надобности можно будет это (посещение работы, а не разрисовывание ног) повторить. Кстати, на вопрос, что больше всего ей понравилось на моей работе, Рахель ответила: "Мама". Бедный заброшенный ребенок.

Рахель пишет свое имя. На русском. После чего я предлагаю ей написать и на иврите и напоминаю, что на иврите пишут справа налево. "Да, я знаю", - соглашается ребенок и пишет לחר. Справа налево, как и было сказано. Объяснения пока не помогли, она утверждает, что пишет именно רחל. Я знаю, что такое бывает, и нередко, но всё равно смешно.
mama

(no subject)

Недавно мы со старшим сыном обедали в кафе. За соседним столиком сидели двое – мальчик лет шестнадцати с мамой (может быть, конечно, это была не мама, а просто какая-то родственница соотвествующего возраста, но все же она больше походила на маму). В какой-то момент мы заметили, что мальчик этот курит...
С одной стороны, я понимаю, что доверительные отношение – это очень важно, и что нет смысла прятать голову в песок и делать вид, что ты не знаешь, что твой ребенок курит, выпивает и прочее. С другой стороны – есть вещи, которые, на мой взгляд, родители всё же не должны позволять. Дать попробовать дома тот или иной алкоголь (в соотвествующем возрасте) – да, а покупать сыну алкоголь для дружеских посиделок (потому что ему самому не продадут) или сидеть в кафе с курящим несовершеннолетним сыном – нет. Я уж не говорю о том, что это вообще прямое нарушение закона, ведь в общественных местах курить нельзя.
Сама я, кстати, какое-то время курила - несколько месяцев после приезда в Израиль. Но не при родителях. Не понравилось, вот я и бросила.