October 8th, 2007

mama

И немного о книгах

В последнее время наблюдается явный перекос в сторону чтения на иврите. Вот еще две книги прочитала.

1. מאיר שליו בביתו במדבר
Меир Шалев "В доме своем в пустыне"

Герой этого романа Шалева - Рафаэль - вырос, окруженный пятью женщинами: мама, бабушка, две тети и сестра. Единственным мужчиной в его окружении (не считая соседей, а также безногого сторожа школы-приюта для слепых ) был каменотес Авраам, влюбленный в одну из его теток.
Теперь, перевалив за пятьдесят лет, и живя в одиночестве, он вспоминает детство и юность, вспоминает, как он рос ("Есть ли лучший путь для мужчины расти?"), вспоминает семейные тайны, которые со временем ему удалось понять (хоть он и мужчина, а это значит - по умолчанию не понимающий ничего), вспоминает Иерусалим своего детства и Тверию до своего рождения... Он встречается со своей бывшей женой и нынешней любовницей, ездит по пустыне и разговаривает с ней...

Кто может - читайте на иврите, остальные - в переводе, перевод, насколько я знаю, очень хороший.

2. לידיה ז'ורז' הרוח שורקת באגורנים
Лидия Жорже "Ветер свистит между подъемными кранами" (это мой подстрочный перевод названия; судя по интернету, на русский этот роман не переведен)

Обычная любовная история - мужчина и женщина, которых столкнули обстоятельства, влюбляются в друг друга. Встречаются, гуляют вместе, сидят на берегу моря или в кафе. Нормальная любовь (это сочетание слов повторяется в романе снова и снова). Но... он - негр, а она - белая. Она - Милена - племянница мэра, внучка владелицы фабрики, в которой сейчас живет семья Антонину - семья эмигрантов. Она старше его, а он - вдовец с тремя детьми. Он работает на стройке и больше всего любит работу на подъёмных кранах, а она... она даже не закончила школу, потому что она - слабоумная, такой диагноз поставил ей когда-то врач, а потом подтвердили еще двадцать других врачей, к которым ее водила бабушка, не желавшая смириться.
Несмотря на свою интеллектуальную ограниченность (семилетний ребенок в теле тридцатилетней женщины), Mилена умеет чувствовать. Она не хочет говорить, и не говорит, ни о боле, ни о зле, ни о чем подобном. Она знает, что добро чаще всего слабее, чем зло, и сама доходит до мысли о том, что в большинстве своем люди и добрые и злые одновременно.
Хоть сюжет романа и мог скатиться до уровня мыльной оперы, этого не происходит. Очень интересны образы героев романа, интересны их мысли и чувства (хоть поступки часто предсказуемы, но, в конце концов, все уже когда-то было...). И язык романа (перевода :)) просто замечателен.
Очень рекомендую.
mama

Пять минут здорового смеха продлевают жизнь на...

Да, так вот, в Израиле с туалет-бумагой порядок, а вот с салфетками -- напряжёнка. Надо брать с собой -- и для рук, влажные, и для носа.

В Тель Авиве шаббат -- субботы праздник, и мы на улице. Проблемы с едой -- ладно, знал о том. Отшагали этак с километров 6 и нашли Суши-ресторан с русскоговорящими "японцами".

Мой муж (русский человек, носяший, пардон, крестик) идет в супермаркет купить молока (родственники попросили). Из супермаркета его ВЫГОНЯЮТ почти пинками потому что он, видите ли, своими НЕКОШЕРНЫМИ руками трогает их КОШЕРНУЮ еду. ... Лежим на пляже - рядом дражайший (опять же с крестиком). Попрошу заметить - тихо мирно лежим, не пьем не буяним. Тут вдруг подходит какая то мразь и миленько так говорит что другие люду здесь не могут купатся из за того что мой муж не еврей. А уж какие взгляды на нас кидались и передать сложно.

Мне даже трудно сказать, что меня больше рассмешило: поиски открытого в субботу ресторана в Тель-Авиве или рассказ о злоключениях туриста носящего, пардон, крестик в супермаркете и на эйлатском пляже.
mama

Рецепты кексов без маргарина

Втемяшилось мне в голову оздоровить наш образ жизни и отказаться от использования маргарина. Ситуация осложняется кашрутом... Короче, никто не знает рецептов бананового кекса и овсяного печенья без маргарина и без сливочного масла? (всякие разные другие кексы испечь получается)